Он шел по улице и тихо плакал. Облезлый, одноухий, и с больною лапой.

Он шел по улице и тихо плакал. Облезлый, одноухий, и с больною лапой.

Он шел по улице и тихо плакал. Облезлый, одноухий, и с больною лапой. Повисший хвост, несчастные глаза, А в них жемчужинкой дрожит слеза.
Его никто вокруг не замечал, А если и заметил, то ворчал,
А мог еще и палкой замахнуться. Он убегал, когда мог увернуться.
Он с грустью думал:”Я такой урод. Ну кто такого жить к себе возьмет».
Так шел он, шел по краешку дороги...